Пандемониум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Пандемониум » Улицы Лондона » Театр Ковент-Гарден


Театр Ковент-Гарден

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://euroticket.ru/pages/royaloperahouse/2.jpg
Постоенный в одноименном районе Лондона, оперный и драматический театр Ковент-Гарден открылся в 1732 году. После пожара в 1808 году фойе и зрительный зал, рассчитанный более чем на две тысячи зрителей, были перестроены. В этот период в театре изменился и состав публики — спектакли стала посещать не только аристократия, но и мелкая буржуазия, ремесленники, клерки. Плату со зрителей получают непосредственно в зрительном зале. Кассир перед началом спектакля обходит ряды и получает деньги. После третьего акта он снова обходит зрительный зал и с посетителей, явившихся смотреть конец представления, берет половинную плату. В данное время особенно популярными являются оперы Генделя, Моцарта, и эксклюзивный «Оберон»  Вебера.

0

2

Улицы Лондона ====> Дом у ивовой рощи ====>

И снова очередное задание от Маклина. Я уже почти начала чувствовать себя виноватой за то, что занимаюсь лишь его делами(пусть даже за деньги), и вот уже долгое время на могу заняться собственными. Но дело, которое он предложил мне в этот раз, было необычным. Чрезвычайно важным не только для него, а и для меня, ведь мне нужно было добыть данные об инквизиции.
Точнее, нам. Ведь со мной будет еще одна дама; насколько я поняла, она - тоже из рода вампиров, и именно на ее плечи ляжет задача очаровать Объект, который в своем доме содержит информацию о враге.
Особым образом удивило меня(хоть и удивило приятно), что сэр Артур Дэйн, известнейший в кругах dh'oine деятель науки и даже ценитель искусства(смешно, не правда ли? Искусство - и dh'oine), не должен был пострадать. Я навела о нем кое-какие справки после того, как Маклин выдал мне задание, и, хотя к вшам я отношусь с пренебрежением, этот сир Дэйн прикладывает немало усилий(и как успешно!) для того, чтоб через несколько лет огнестрельное оружие стало еще лучше, чем сейчас. А еще - он известнейший коллекционер, и из-за этого его дом битком набит охраной...
Именно потому я сейчас стояла в фойе огромного театра d'hoine, снова разодетая павлином. С помощью фантома я снова скрыла заостренные кончики ушей, и ничто теперь не отличало меня от обычной человеческой самки, каких здесь было полно. Держа в руках веер и рассматривая одну из бездарных картин, которые "украшали" это здание, я ждала напарницу, думая о том, какой она может оказаться. Я нечасто имела дело с вампирами, и еще реже встречалась и тем более разговаривала с вампиршами. Maledizione! Если она окажется такой же дубовой, как и Маклин, мне придется туго.

+3

3

Особняк на окраине ====> Неизвестное направление  ====>

Пожалуй, никогда ранее Мина не желала увидеть Мастера сильнее, чем сейчас, когда ей была так необходима поддержка старого друга. Она неистово гнала коня, полностью погрузившись в свои мысли, пока наконец не пришла в себя и не решила дать отдохнуть Луи - верному черному красавцу. Как только вампирша слезла с седла, к ней неожиданно подошел совсем юный мальчик, и протянул руку. Вильгельмина не смогла отказать ребенку, и подала ему мелочь. Она не сразу поняла, для чего малыш задержал ее ладонь, и лишь когда тот уже слился с серой толпой, увидела, что в ее ладони была записка. Судя по краткому, но емкому содержанию, ей предстояло выполнить свое первое задание. А этот маленький шотландец довольно шустр! - усмехнулась она, вспомнив беседу с Йеном. Что ж, ради такого даже встречу с Мастером можно вновь отложить.
От нее требовалось прийти в театр к середине представления, где ее будет ждать некий собрат, чтобы ввести в курс дела. Мина посчитала, что для подобного мероприятия ее наряд может быть несколько неподобающим, но вернуться в особняк сейчас ей не позволяла гордость, а потому она поспешила снять на один день комнату в кажущемся приличным трактире, там же за умеренную плату устроила Луи, и поспешила в ателье за достаточно торжественным нарядом. Ее выбор пал на самое компактное по сравнению с остальными кринолиновое платье с корсетом, сделанное из светло-серого шелка, покрытого изящной фиолетовой цветочной росписью, с отделанным серебристой нитью глубоким вырезом. Вампирша никогда не любила столь вычурные одеяния, ужасно неудобные, с единственным плюсом в виде юбки столь массивной, что под нее можно было спокойно спрятать все, что угодно, а именно - любимые метательные ножи. Соорудив напоследок на голове странного вида прическу и надев серые туфли на небольшом каблуке, Мина отправилась в театр. По пути она была занята исключительно размышлениями о предстоящем деле да мыслями о внешности напарника. Честно говоря, Вильгельмина почему-то представляла последнего в виде побитого временем мускулистого вампира, стянутого костюмом, а потому, не увидев оного в фойе, немного растерялась.

+3

4

Среди напудренных и пустоголовых самок dh'oine напарницу, которую нашел для меня Маклин, было найти так же легко, как, per favore за грубость, бриллиант в куче навоза. Она была одета очень дорого, и я должна отметить, что эта вычурность ей даже была к лицу, вампирша отнюдь не выглядела в ней глупо или нелепо. Средний рост, хрупкое телосложение, белоснежная, фарфоровая кожа, красивое лицо – неужели на bastardo работают и такие дамы? Впечатляет. Чем он завлек ее? Идеями мирового господства? Вот бы прощупать на досуге…
Я направилась к напарнице, шурша глупой юбкой. Остановившись рядом с ней, произнесла с улыбкой:
- Если вас зовут Вильгельмина, и вы пришли сюда по поручению нашего общего шотландского знакомого, то кивните, - ведь в случае простого и неудачного совпадения я могу раскрыть невзначай наши планы совершенно посторонней вампирше. Она кивнула - значит, таки ее прислал Маклин. - Давайте прогуляемся, пока я введу вас в курс дела, - склонив голову к плечу, я неторопливым шагом направилась к входу в партер. - Меня зовут Талиция, и вопреки впечатлению, которое могло у вас сложиться, я - не человек, а эльф; круглые уши - лишь элемент маскировки. Сеньор Маклин очень крепко попросил нас оказать ему сегодня одну небольшую услугу. А, точнее, поговорить с одним из маленьких dh'oine, которые сейчас внутри зрительного зала наблюдают за спектаклем. Его зовут сир Артур Дэйн, насколько мне известно, он выйдет оттуда одним из последних(он богат и может позволить себе лучшие места), скорей всего - в окружении двух нелепых и немолодых матрон, которые навязывают ему свое общество, а, следовательно, он рад будет с ними расстаться. Наша цель - попасть к нему в дом, в его великолепно обставленное и к тому же хорошо охраняемое поместье, да так, чтоб piccino ничего не заподозрил, - я говорила очень тихо и продолжала улыбаться, со стороны наверняка могло показаться, что мы - лишь две занятые пикантными сплетнями подруги. - Для этого у нас есть две замечательные зацепки. Первая из них - старый жеребчик очень падок на женскую красоту, и общество прекрасной дамы - такой, как вы, Вильгельмина - для него слаще нектара. Говорят, что он был ужасным сердцеедом в молодости, - я усмехнулась, - однако люди так быстро стареют, и теперь же ему вместо того, чтоб вкушать сладость яблок, остается лишь наблюдать за ними, что он и делает с большой охотой. Вторая зацепка, которая, вероятно, поможет нам попасть в его жилище - его любовь к искусству, старик имеет в своем доме уникальное собрание картин и скульптур. В этом я полагаюсь на вас - ведь я совершенно ничего не смыслю в искусстве dh'oine. Вы спросите, в чем же тогда заключается моя задача - а я отвечу, что в поместье бумаги, которые так жаждет получить в свои руки наш общий друг, искать буду именно я. Вопросы есть? - остановившись, я поглядела на Вильгельмину, а потом же - на зрителей, которые уже начали выходить из зала. Спектакль окончился. - Смотрите, вот он, - прищурившись, я указала глазами на невысокого, лысоватого и седовласого джентльмена в добротном костюме(и с таким же добротным пузцом), и в окружении двух рыхлых матрон.

+3

5

Ждать совсем не пришлось - практически сразу к ней, улыбаясь, подошла напарница - светловолосая девушка в платье цвета сочной зелени. Ее привлекательное лицо было необычайно характерным - в ней так и чувствовалась сила, но вампиршей она не была. Неужели эльфийка? - подумала Мина, но тут же отбросила эту мысль, так как доселе не встречала эльфов без характерной формы ушей. Однако вскоре Талиция - а именно так звали напарницу - упомянула эту деталь в разговоре, и все стало на свои места. Когда же она рассказала о сути задания, Вильгельмина и сама заулыбалась - таким простым оно ей показалось. Возможно, даже слишком простым - она была способна и на большее. Однако цель была поистине крайне важной - не тот ли это шанс открыть секрет инквизиторов, о котором она так долго мечтала? В голове вампирши уже прокрутились живописные картинки светлого будущего, а на такой алтарь можно положить все, что угодно. И Мина сразу начала входить в роль кокетливой дамы, вызывая своим поведением весьма двусмысленные взгляды, однако она и не переходила черту, ведь лорд наверняка больше обрадуется не просто упавшей в руки красивой кукле, но и знающей толк в искусстве леди.
- Что вы, Талиция, этой информации вполне достаточно. - признательно улыбнувшись, тихо сказала вампирша и, увидев приближающегося сэра Артура Дэйна - такого же нелепого, как и окружившие его дамочки, вновь вжилась в свежесозданное амплуа. Ей было достаточно кокетливо улыбнуться да бросить один красноречивый взгляд на старого лорда, чтобы тот, засмотревшись, тут же нашел предлог отослать подальше своих "прекрасных" спутниц. Когда же он подошел к девушкам ближе и стало видно, что годы потрепали его еще основательнее, чем казалось издалека, Вильгельмина осознала, что ей совсем не хочется подпускать к себе ближе такого трухлявого пня, а потому каждую последующее слово в разговоре дополняла легким гипнозом - исключительно для надежности, ведь у лорда и без него горели глаза рядом с двумя столь очаровательными молодыми девушками.
- Сэр Артур Дэйн! Что за удача, мы с Мари даже не думали встретить здесь столь почтенного джентльмена! - кокетливо говорила вампирша, часто поглядывая на "Мари", словно смущаясь надолго задерживать откровенно заинтересованный взгляд на лорде. Тот же явно был рад знакомству и начал невнятно лепетать слова восхищения - сначала дамам, затем - постановке, а вскоре - и каждой картине в фойе, словно боясь остановиться и дать девушкам хоть минуту на раздумья. И правильно, другие бы уже давно от тебя сбежали - и если не сразу, то уж точно, когда бы ты отвернулся к этой мазне.

Отредактировано Мина (2010-07-05 16:21:02)

+3

6

Она сообразительна - поняла все сразу, и тотчас продефилировала навстречу Дэйном со всей той грацией и изяществом сверкающей в обществе дамы, которую я никогда не могла понять и, тем более, повторить - она была мне чужда. По сравнению с Вильгельминой я выглядела, наверное, не то чтобы блеклой, но очень уж простой; все эти смущенные взгляды и трепыхания ресниц, которые она мастерски вплетала в разговор; все эти тонкости и приемы в общении, которыми в совершенстве владела вампирша, давались мне с большим трудом и едва ли, приветствуя старого лорда, я могла выдавить из себя больше, нежели простую улыбку - и спасибо Богине за то, что она не выглядела слишком искусственно.
О, как славно, что она не стала называть меня по имени. "Мари" не очень-то мне и понравилось, словно для овцы какой имя это придумывали, ну да ладно. Дело - прежде всего.
Старик купился - лепетал, как школьник, переводил восхищенный взгляд с меня на вампиршу, и обратно(гораздо реже, что несказанно меня радовал), а я играла роль той самой скромной девушки, которая рада смелости своей подруги и знакомству с "столь почтенным джентльменом", но никак не отважится произнести хоть слово. Однако, джентльмен был так говорлив, что мы с Вильгельминой уже парой минут позже могли лишь ходить за ним по фойе театра и слушать его столь же восторженные, сколь и глупые речи о искусстве. Старый баран! Опустив глаза, я зло улыбнулась; когда же я уже вновь смотрела на сера Дэйна, в глазах моих была лишь увлеченность беседой с ним и восхищение.
- О, лорд Дэйн, это такая большая честь для нас с Жужу, - это была моя маленькая и невинная месть вампирше за "Мари", - мы так много слыхали о вас, и, знаете, едва ли в Лондоне можно встретить личность более интересную и разностороннюю, чем вы. Я, в отличии от Жюльетт, не знаток искусства, однако даже я слышала о вашей великолепной коллекции картин и скульптур, и не упускаю момент выразить перед вами и вашим тонким вкусом свое восхищение, - изобразив смущение, я отвернулась, перевела лукавый взгляд на "Жужу" - так подруги или сестры переглядываются друг с другом, когда замышляют проказы. Однако мои слова направили поток его речей в нужное русло - уже через пол минуты престарелый джентльмен рассказывал нам о том, что именно есть у него в особняке, и с каким трудом и приключениями ему достались некоторые особенные экземпляры.

+3

7

Пожалуй, к этому моменту Мина уже настолько втянулась в весь этот спектакль, что если бы вдруг ей к горлу приставили нож - непременно сочла бы его за безобидный реквизит. Она прямо-таки упивалась их с Талицией игрой, может, и не самой правдоподобной в глазах здравомыслящего человека, но лорд, судя по всему, находил ее самой что ни есть искренней, словно и сам он был пышущим здоровьем красавцем, а не увядшим стариком с полным ртом гниющих зубов. Последние, кстати, источали весьма неприятный запах - нет, не столь сильный, чтобы разить наповал, однако для вампирши - вполне ощутимый на расстоянии метра. Если субъект молчал. А уж когда он говорил, да еще так неустанно... уж несомненно, с голыми деснами этот сэр находил бы большее расположение у местных дам. Мина даже невольно представила его дряхлым, сморщенным, с разинутым беззубым ртом - лепота! Тем временем облезлый козел все еще что-то блеял насчет висящих здесь "шедевров", а уж после слов Талиции - так и вообще разошелся на хвалебные песни о себе любимом. Оказалось, в основном его интересовали художники романтизма, и Мина, предпочитающая картины помрачнее, уже начинала скучать в обрушившемся потоке пустых имен, как вдруг лорд, как бы между прочим, назвал Гойю - великого творца, отравленного болезнями, умершего в одиночестве по вине инквизиции.
- Не могу поверить, неужели вы - тот самый владелец "Черных картин"? - с искренним удивлением спросила вампирша. И этот старик после смерти мастера смог выкупить великолепные "черные картины", что украшали стены «Дома Глухого», и перенести их со стен на холст?! Мгновенно глаза Мины неподдельно заблестели, беззастенчиво выдавая желание пойти с лордом хоть на край света – лишь бы полюбоваться на сие шедевры. Хотя, конечно, в идеале она видела себя с ними наедине и в качестве собственника. Но что показалось вампирше особенно ироничным – так это то, что в серии этих картин была фреска, изображающая беззубых стариков за похлебкой – а значит, сэр Дэйн ежедневно любовался живописной картиной собственного будущего. - Прошу вас, позвольте двум юным леди взглянуть на них хоть одним глазком? Мы с Марианной будем невероятно признательны вам, лорд, за эту милость! - добавила Мина, изобразив невинное дитя, толком не понимающее о сути своей просьбы. И лорд клюнул, гордо напыжился и заалел, не веря своему счастью - ну чем не индюк? Радостно подхватив девушек под руки, он пригласил их в карету, правда, и по дороге говорить не переставал.

=====> Особняк лорда Артура Дэйна

+2

8

Сент-Джеймс-сквер=====>Кофейня=====>
В выкупленной герцогом Дрэйком ложе было очень душно. Абигейл обмахивалась веером и нервно покусывала губы. Калеб опаздывал. Опера еще не началась, но обычно брат приходил на подобные мероприятия раньше. За несколько минут до начала спектакля он успевал посетить ложи знакомых, уладить кое-какие дела и вывести из равновесия пару тройку девиц. Аби обеспокоенно покосилась на большие двойные двери входа. Среди последних посетителей его не было. В голове пронеслась сумасшедшая мысль, что несносный братец опять ввязался во что-то опасное. Сколько раз он заявлялся домой среди ночи в состоянии свежей отбивной. Отказывался отвечать на вопросы и злился, когда сестра проявляла заботу. Нет! Аби сердито постучала пальцами по подлокотнику. Он просто опаздывает, чтобы ее позлить. Как всегда! Их отношения вообще были своеобразными. В других аристократических семьях старшие братья опекали сестер, контролировали их жизнь и охотно играли роль суровых отцов. Калеб же с самого детства вел себя с сестрой на равных. Она была полноправным партнером в играх, ее мнение всегда принималось к сведению, даже замуж она выходила за человека, которого любила, а не которого ей навязывали родители. Во взрослой жизни они оставались друзьями, не лучшими, но все же… Однако, была и другая сторона. Аби чувствовала, что Калеб не доверяет ей, и это было обидным.
От этих не веселых мыслей ее отвлек подозрительный шум за дверью. Кто-то шептался. Она тихо поднялась с кресла и распахнула дверь.
Привет Аби! – с преувеличенной жизнерадостностью произнес Калеб. Он довольно твердо стоял на ногах, в отличие от Финли, которого приходилось поддерживать. Прогулка по вечернему Лондону и несколько чашек крепкого кофе почти привели в норму герцога, но лишь слегка взбодрили его более восприимчивого к алкоголю друга. Финли вполне неплохо соображал, но тело отказывалось работать.
Ты…ты… – Аби смотрела на брата и его нетрезвую ношу и чувствовала, как раздражение перерастает в нешуточный гнев. Она постаралась успокоиться. Даже мысленно оправдывала поступок братца. Он ведь просто согласился прийти в оперу. Никаких уточнений по поводу его состояния и сопровождения не было. Хотя… Аби покосилась на его костюм, – А где фрак?
Может ты позволишь для начала войти и скинуть ЭТО, – Калеб кивнул на приятеля. – Он знаешь ли тяжелый.
Аби отошла в сторону, и Калеб, стараясь не шуметь, устроил друга в кресле. Кажется, тот снова отключился. Герцог рухнул в кресло по соседству и даже закинул ногу на подлокотник, но поймав напряженный взгляд сестры, сел нормально.
Где фрак? – повторила Аби. Почему-то ей это казалось самым главным.
Висит в шкафу, где, надеюсь, провисит еще очень долго. И вообще, по-твоему я плохо выгляжу? – Калеб старался приправить голос искренней обидой, но рот то и дело норовил расплыться в наглой ухмылке. Он осмотрел зал с разодевшимися дамами и напыщенными джентльменами. Присмотрелся к ложам, где сидели самые сливки. В нескольких из них сидели его знакомые. Скосил глаза на сцену. Оркестр уже был готов, и занавес под стихающий шепот поднялся. – Чем сегодня тут зомбируют народ?
Риголетто, – благоговейно произнесла Абигейл. Она не сводила со сцены блестящих от волнения глаз. Калеб не стал комментировать эту ее внезапную любовь к творчеству Верди. Он вообще молчал на протяжении большей части выступления, однако, к третьему действию он уже был готов взвыть со скуки. Финли мирно посапывал в своем кресле. Даже улыбался во сне. Кажется, все получали определенное удовольствие от вечера, кроме самого герцога. Внезапная мысль, развеяла его апатию. Когда Абигейл в очередной раз промокнула глаза платком, он шепотом поинтересовался:
А где эта твоя подруга? Ну та, которую ты хотела мне навязать?
Абигейл недоуменно уставилась своими красными от слез глазами на брата. Судя по всему, она не верила собственным ушам.
Ты хочешь с ней познакомиться? – недоверчиво спросила она. Калеб изобразил оскорбленную невинность. Зачем он, в конце концов, приперся в эту цитадель скуки и эмоционального голодания? Аби пыталась разглядеть в его лице хоть какой-то подвох, но по-видимому, братишка всерьез затосковал. Она раздумывала еще несколько секунд и, наконец, улыбнулась, – На сцене.
Калеб вздернул брови и посмотрел в указанном напрвлении. Последние два часа он только и делал, что пялился на атеров, мысленно глумясь и издеваясь над ними. Из всего сонма этих разраженных лицедеев, выделялась только одна певица с примечательным сопрано.
Джильда? – предположил он, не глядя на сестру. Красотка была аппетитной. Брюнетка с прозрачной кожей и умопомрачительной фигурой. Абигейл, затаив дыхание, наблюдала за братом. Кажется, ее задумка удалась. В глазах мужчины появился характерный голодный огонек.
Ее зовут Фредерика Стоук, – осторожно вещала она – Она не аристократка, но в высшем обществе ее уважают.
Калеб криво усмехнулся. Он знал, что это означало. Девица, просто жила за счет то одного покровителя, то другого. Ждала крупной рыбки, наверное. Он представил, какой ажиотаж вызовет ее знакомство с герцогом, и покосился на сестру. Интересно, она понимает, что это кончится очередным скандалом? Аби поймала его взгляд, прищурилась. Читать мысли научилась, не иначе.
Нет, – протянула она таким тоном, словно ей предложили скрасить досуг портового нищего. Ее передернуло. Фредерика была ее хорошей подругой, и Абигейл дорожила этими отношениями. Она наивно надеялась, что знакомство с по-настоящему красивой и умной женщиной исправит ее непутевого братца, наставит на путь истинный, грубо говоря. Теперь же, глядя на его ехидную ухмылочку, она содрогалась при мысли, что Фреди, блистательная мисс Стоук, станет лишь очередной его жертвой. Господи, где была ее голова! Калеб сверлил взглядом красотку на сцене. На сестру и ее протесты ему было плевать. Он уже с нетерпением ждал окончания этих воплей, чтобы вылезти из душной ложи и спуститься в фойе. По традиции, там благодарные зрители ждали артистов, дабы вознести хвалу их талантам.
Рядом зашевелился Финли. Он прекрасно выспался и теперь, кажется, начинал сгорать со стыда. По крайней мере начал приводить в порядок свой костюм, стараясь не смотреть на Абигейл. Калеб усмехнулся при виде его робко алеющих ушей и ободряюще похлопал друга по плечу:
Не кисни Джимми. Вечер удался.
Ну это как сказать – подала голос Аби. Она смотрела на Финли с гримасой отвращения. Явно преувеличивала, не так уж плохо он выглядел. Лучше многих даже. Но скандалистке не терпелось в очередной раз отчитать бедолагу. Это было ее хобби, вместо вышивания и живописи.
Музыка стихла, занавес упал. Калеб подскочил как укушенный:
Вы тут погрызитесь чуток, а я пошел. У меня встреча с аппетитной красоткой.
Калеб, ты… – нерешительно начала Абигейл. Она понимала, что его не остановить, но надеялась на его благоразумие. – Полегче с ней, ладно?
Калеб смерил сестру насмешливым взглядом. Полегче? Милая, я так не умею! И вышел не говоря не слова.

Отредактировано Калеб (2011-10-26 21:31:44)

+2

9

В фойе уже толпился народ. Все ждали, пока артисты снимут грим, переоденутся и явят себя общественности. Калеб устроился в тени какой-то скульптуры. Можно сказать, старался не привлекать внимание изо всех сил. Однако, стоило ему зависнуть там, к нему сразу же направился старый друг его отца Виктор Корбетт. Виконт и один из старших братьев их общества. Он был одним из немногих, кто терпел выкрутасы герцога Дрейка и оправдывал его перед начальством. У него были свои планы на "мальчишку", как он его называл за глаза.
Калеб! Не знал, что ты поклонник Верди. Можно я расскажу остальным? Вот будет потеха! – он похлопал герцога по плечу. Дрэйк натянуто улыбнулся. Он недолюбливал виконта из-за его скользкого характера и терпел его "дружеское" отношение только потому, что с его поддержкой мог устраивать охоту где угодно и когда угодно.
Рассказывайте. Все равно никто не поверит.
Тут ты прав – согласился Корбетт – Знаешь, многие бы дорого заплатили за такую репутацию. Так как тебя сюда занесло?
Сестра притащила, – Калеб решил добить виконта убийственной честностью и с извращенным удовольствием стал вещать – Решила, что мне необходимо общество прекрасной женщины. Мы перебрали с сотню претенденток и решили, что красотка Джильда сойдет. К тому же при желании можно заставить ее петь такие арии...
Корбетт моргнул, но продолжал улыбаться, хотя немного и покраснел. Виконт был высоко моральным человеком, ревностным католиком и, наверное, единственным представителем высшего общества Лондона, хранившим верность жене. Виконтесса была довольно красивой женщиной и порой Калебу казалось, что именно из-за нее и ее званных вечеров он терпит виконта.
Что ж, – Корбетт прочистил горло – Мисс Стоук очень привлекательная особа. Удивительно, что она до сих пор не замужем.
Наверное характер тот еще, – хмыкнул герцог. Он заметил оживление. Несколько артистов мужчин вальяжно спускались по лестнице, ослепляя блеском глаз, зубов и волос. Красотки брюнетки видно не было.
Слышал, твоя последняя охота не задалась, – тихо произнес виконт. Он осматривался по сторонам. Этот разговор был не для чужих ушей. Калеб никак не отреагировал. Он предполагал, что эта тема рано или поздно поднимется в их разговоре.
У вас хороший слух.
Мне стоит беспокоиться?
О чем? – спокойно спросил Калеб – Я по-прежнему один из лучших охотников. Если не самый лучший. Кому как не вам должно быть известно, что пара смертей еще не конец света. – Калеб знал куда ударить, чтобы было больнее. У виконта был самый большой процент потерь среди подчиненных.
Но не для тебя – возразил Корбетт. – Ты неделю спивался из-за случившегося, а ведь они были лишь охотниками. Твоими починенными. Пушечным мясом.
Я тоже когда-то был охотником. Мясом, по вашим словам.
Не придирайся, я ведь о тебе беспокоюсь. Господи! – виконт явно был уже сам не рад, что начал этот разговор. Он потер свои впалые щеки, – До сих пор не понимаю, почему Эдвард заставил тебя начинать с самых низов. Мог ведь использовать свое положение и сделать сына инквизитором сразу.
Он знал, что иначе из меня получится что-то вроде вас, – невольно прорычал Калеб. Любое упоминание об отце вызывало в нем странное довольно сильное раздражение. Обычно он старался не задумываться об этом. Виконт даже не обиделся. Он переминался с ноги на ногу и мечтал только об одном – повернуть время вспять и не заводить этот рискованный разговор.
Прости, я не хотел.
Да? – герцог умильно поднял брови и усмехнулся, – Я тоже.
Он решительно направился в сторону лестницы. Настроение упало до уровня "паршиво, но не безнадежно". Спасибо господин виконт! Умеете нагадить. Однако, Корбетту еще было что сказать. Он едва ли не бежал следом за герцогом.
Мария устраивает очередной вечер, точнее бал-маскарад, и очень просила пригласить тебя и Абигейл, – говорил он на ходу. – Будем рады видеть вас.
Хорошо, я приду – сухо ответил Калеб, не сбавляя шаг. Надеялся наивный, что это прилипала оставит его в покое.
И постарайся не планировать на ближайшее время ничего серьезного.
Дрэйк встал как вкопанный. Виконт по инерции врезался в его широкую спину. Однако не это было самым страшным. Герцог резко развернулся и оказался нос к носу с ним. Его почти черные глаза уставились на несчастного с недобрым прищуром:
Это почему?
Калеб говорил спокойным, даже мягким тоном. Он не сомневался, что именно это заставило виконта резко побледнеть. Ему никогда не запрещали охотиться. Это не нравилось многим, и Калеб знал, что не устрой он облаву в лесу в ближайшее время, начнутся разговоры. Его люди начнут сомневаться в нем, перестанут беспрекословно исполнять приказы, смертей станет больше. Завистники будут в восторге. Корбетт видимо понятия не имел, насколько важны отношения с подчиненными. Они у него слишком быстро подыхали. Виконт тем временем судорожно сглотнул и поспешил исправить положение:
Просто повремени с крупными… эм-м-м, мероприятиями. Это просто совет, который, я надеюсь, ты примешь во внимание.
Герцог внимательно изучал лицо старшего коллеги. Интересно, если вмазать ему здесь и сейчас, скандал какого масштаба разразится в ближайшем будущем? От этих мыслей на душе потеплело, и Калеб невольно улыбнулся уголком рта. Виконт принял это на свой счет и заулыбался в ответ.
Буду рад посетить ваш дом, виконт – сказал Калеб. Он и правда будет рад. Может удастся затащить его жену в темный уголок. Она была не во вкусе Калеба, но… На что только не пойдешь, ради сладкой мести – Всего хорошего.
Калаб дружески хлопнул виконта по плечу, скорее для публики. Их напряженный разговор привлек внимание общественности, и люди уже косились на них с напряжением. Однако, стоило герцогу так "тепло" попрощаться с виконтом, как толпа облегченно вздохнула. Забавно! Калеб даже покачал головой. Эта его репутация буйного сумасброда действительно дорогого стоила, тут виконт был прав.
Эти довольно приятные для его раздутого эго мысли слегка рассеяли его внимание, и Калеб не заметил как налетел на тонкую фигуру в бледно розовом платье. Девица звонко взвизгнула и уже начала падать, но отточенные за годы тренировок рефлексы не подвели герцога и он ловко, даже как-то элегантно, подхватил ее за талию. Они картинно замерли в этой композиции. Словно какой-то банальный до пошлости художник решил запечатлеть особо эффектное па танцующей пары. Красотка ошарашенно пялилась на Калеба своими прекрасными голубыми глазами. Калеб мгновенно оценил ее тонкую прозрачную кожу, ярко красные губы и струящиеся черные волосы. Даже за вырез декольте заглянуть успел. Благо смотреть было на что. Он чувствовал как его рожа расплывается в наглой ухмылке. Спасибо сестренка!
Мисс Стоук, я полагаю? В моей спальне чудная акустика. Думаю...вам понравится.
Девица моргнула. Или даст ему пощечину или... просто даст. Тут пятьдесят на пятьдесят. Калеб выжидающе смотрел прямо в глаза девушки, прислушиваясь к шепоту вокруг. Завтра по Лондону будут гулять самые противоречивые сплетни. Ну давай, конфетка, не томи! Словно прочитав его мысли, а может переварив, наконец, его слова Фредерика Стоук зарделась в очаровательном румянце и робко улыбнулась. Похоже, ночка будет длинной!

Отредактировано Калеб (2011-10-26 22:01:04)

+2


Вы здесь » Пандемониум » Улицы Лондона » Театр Ковент-Гарден